- Послушай, ты совсем невыносима! - сказал он после небольшой паузы, - у тебя такой тяжёлый характер!

- Это у тебя тяжёлый характер, а у меня самый обыкновенный! Более того, у меня он замечательный.

- Скажи ещё, что мне крупно повезло, что у тебя такой характер! - не мог остановиться он.

- Естественно, повезло.

Ночной город мерцал на том берегу водохранилища, и золотые звезды сверкали на небе, отражая свои огни в едва дрожащей воде.

- Ну, конечно, повезло, ты же у нас просто ангел! - иронично усмехнулся он.

- Я? Да, я - ангел,- сказала она тише, будто опасаясь, что это услышит кто-то ещё.

- Ха, ангел. Где же твои крылья, ангел ты мой... - сказал он, не ожидая ответа, а просто так, в тишину.

- Дома.

- Почему же они дома? - "Она хочет поиграть со мной в эту детскую игру", - думал он, заваливая её вопросами.

- Я их снимаю перед тем, как куда-то выйти.

- Зачем же?

- Чтобы никто не знал, кто я на самом деле ангел. Чтобы не допытывались.

- Ангелы не снимают крыльев!

- Снимают, да и спать с ними неудобно.

- Это бред, у тебя несносный характер.

- У тебя тоже не самый лучший.
Тишина...

- Ха... Ангел... - он покачал головой и, сделав вдох, закрыл глаза.

- Ну да, ангел, - тихо прошептала она.

 

В голове его кружились мысли, она едва успевала их читать, но всё же делала это, хотя это было вовсе не нужно. Но так хотелось понять, почему же он никак не может увидеть перед собой сейчас ангела, его единственного ангела. Она же здесь, она, которая тысячу раз прощала и простит ещё больше, не обманет и не уйдёт, не предаст, поймёт и пожалеет, поцелует и обнимет... Она выслушает, вытерпит и успокоит, и всегда будет любить. Любить всей душой и своим ангельским сердечком. Она просто не хотела, чтобы это знали другие, она нежно коснулась губами его носа, затем уголков рта и медленно откинулась на спинку сиденья.
Тишина.

 

- Ангел мой... Хм... - его недоверительный вздох прервал молчание, она почувствовала, как уголки её губ, словно у ребёнка, тянутся вниз, а глаза наполнились слезами. Она не могла овладеть с собой и не хотела, чтобы он видел её такой, она вытерла глаза и улыбнулась.

 

...Она лежала в постели и смотрела в окно, там едва был виден клочок звёздного неба... Всего кусочек, а ведь он бесконечен. Фонарь светил в окно, и в этот мягкий свет вырисовывал в темноте комнаты два крыла, что давно уже пылились на верхней полке стеллажа.